ИДЕНТИФИКАЦИЯ У кого-как, а у нас власти о пенсионерах заботливые. У нас для пенсионеров продают проездные на муниципальный транспорт. Городские старожилы этим довольные, хотя бесплатно, конечно бы, лучше. Ветерану труда Кукурузову, например, проездной очень даже нравится - все равно есть выгода, поскольку ноги ходят плохо, а город большой и много где всегда есть что-то интересное посмотреть. У кого водятся деньги, может посещать театры, рестораны и музеи, а Кукурузов с детства любит посещать свой город. Уедет на городском транспорте в какую-нибудь его часть - и там гуляет, дышит, запоминает разные достопримечательности. А потом, отдохнув, если нет дождя, еще куда-нибудь да съездит. Только как всегда у нас во власти заведено, бочка меда без дегтя не бывает. Проездной продают хоть и с фамилией, но без фотокарточки. Удостоверить свою личность, записанную в проездном, фактически нечем. Проездным может воспользоваться даже вероломный враг. Вот и докажи в критический момент, что это ты, а не твой внук-второгодник или случайный собутыльник бесконтрольно по городу разъезжает... Не имея на проезд ни моральных прав, ни юридических. Все что может случиться ужасное - случается всенепременно. Однажды в трамвае, во время очередной ознакомительной поездки по родному городу к Кукурузову пристала контролер. Контролеру было мало проездного без фотокарточки. Ей подавай паспорт или какой-нибудь другой документ, удостоверяющий что Кукурузов именно Кукурузов, а не непоймешь кто. Личность Кукурузова, по большому счету, была вся на лице. Но не написана, а изображена. А нужна написанная буквами личность с настоящей подписью и печатью или другой привязкой к Кукурузову, как к физическому лицу. - У вас на лбу не написано!- заявила занудная кондукторша. И тут Кукурузова осенило. Он как раз вчера забрал белье из прачечной-химчистки, которой пользовался по старой холостяцкой привычке... Кукурузов приспустил штаны до той поры, где на кальсонах у него была собственноручно пришита ярко исполненная бирка "Кукурузов К.К.". Контролер хоть и опешила, но вопросы по поводу идентификации личности у нее, повидавшей в жизни всякое, отпали сами собой. Окружающие пассажиры одобрительно загудели, некоторые даже аплодировали, что для трамвая было большим успехом. Правда, одна бабка разматерилась по поводу того, что скоро в приличном транспорте будут ездить в стрингах на голое тело. Но ее неологизм игнорировали усилением аплодисментов и безапелляционными криками "Браво!", перешедшими в скандирование "Кукурузов К.К.! Кукурузов К.К.!". Если бы этим дело кончилось, то и говорить нечего... А тут как раз Кукурузов записался на прием по жизненно-важному для него пенсионерскому вопросу "как жить дальше" к очень жизненно-успешному чиновнику, для которого этот вопрос был пустяшным. Как и все связанное с потешной монетизацией народа. Секретарша, не в пример контролерше трамвая, вежливо попросила Кукурузова удостоверить свою уважаемую личность. Но Кукурузов был застигнут врасплох и сказал, что он, Кукурузов К.К., предварительно записался по телефону и по интернету напрямую через модем двоюродного внука... Так что совесть его чиста и никаких лишних документов с собой нет... Секретарша-раскраска в предельно изысканной форме с профессиональной слезой в голосе объявила ему "от ворот поворот"... И тут Кукурузова осенило второй раз в жизни. Стресс мобилизует интеллект. Он снова снял штаны... Бирку "Кукурозов К.К. он показал не только секретарше, но для надежности и всем присутствовавшим в приемной свидетелям, дожидавшимся своей очереди. Но посетители смущенно потупились, делая вид, что это не для них. Что они пришли по другому вопросу и Кукурузова, а тем более его кальсоны, видят впервые. В отличие от тесно сплоченных трамвайных сообществ, в приемной был не наш единый народ, а разобщенная зажатая публика. Именно тогда Кукурузов понял еще одну важную мысль: чем просторнее приемная, тем скованнее чувствуют себя в ней нормальные люди. (с) 2009, А.Соловьев