ЧЕСТОЛЮБИЕ ТИПА ТЩЕСЛАВИЯ Какой дурак не хочет стать знаменитым?................ Не отвлекайтесь на всякие глупости и ответьте мне, а лучше ответьте мысленно всем нам - какой дурак не хочет, выражаясь по-простому, ознаменититься?.. Ну так вот! Остается лишь один вопрос: "Как?!" Деньги, они, конечно, эквивалент славы. Но слава приходит и уходит, а деньги остаются, коль скоро они есть не что-нибудь, а ликвидность в чистом виде, если к ним подходить с умом и с разумными процентными ставками. Деньги - это тщеславие, которое можно передать по наследству. А обычная слава, как раз наоборот, "на детях отдыхает". Будучи уже взрослым мужиком, Хведоров славы хотел как малый ребенок. Но будучи ребенком у него это не получилось успеть. Все в жизни было против его славы: школа, музыка, футбол, подворотня. С другой стороны, Хведоров ради славы уже тогда кровью сердца писал заметки, репортажи и просто рассказы о всех сторонах современной жизни. Писателей, взять того же Шекспира или Гомера, слава переживает (то есть, дольше живет) на много лет. Писатель давно на пенсии или того дальше, а их книжки с фамилиями на корочках пылятся у людей на полках как ни в чем не бывало. Но ни одна газета не опубликовала лирико-публицистические размышления Хведорова, а изможденный и неинтеллигентный курьер одного толстого журнала от имени рядовых читателей обещал его побить. В отчаянной безысходности Хведоров стал просто рассылать во все печатные издания свои фотографии, прилагая письменное согласие на публикацию их просто так, даже без текста, подписи и гонорара. Особенно если на обложке. Но и в этом варианте вышел облом. Оказывается, у этих СМИ хватает своих собственных фотографий и не только родных, но и близких знакомых. Девать некуда. А еще ему в частном порядке сказали, что он мало похож на нечто стоящее, скажем, голую девочку или что-либо равноценное, вызывающее общественный интерес. Короче, с возрастом Хведоров стал умнее рядовых невезучих писателей и задумал вместо графоманства сжечь самую большую в стране библиотеку. Ну знаете, ту которая в Москве, недалеко от Манежа. Чтобы выбиться в российские геростраты, поскольку других надежных, доступных и главное, сравнительно честных, путей к славе в распоряжении у цивилизации не так много. Но при ближайшем рассмотрении в этом деле оказалось столько сложностей, что врагу не пожелаешь. Современная библиотека устроена не в пример Египетско-Александрийской так, что ее, с ее филиалами, вроде Румянцевской библиотеки, и подземными хранилищами разом поджечь вообще невозможно. Можно разве что затопить, особенно если это сделать в Питере (там тоже есть приличные библиотеки), но где столько воды может взять простое физическое лицо?! Да и к книгам, как таковым, состоящим из бумаги с буквами и корочками, Хведоров относился достаточно трепетно. Поскольку любил их читать на сон грядущий. И в принципе. На естественное в такой ситуации убийство вождей рядовой читатель Хведоров тоже не собирался подписываться. Вожди, хоть и люди малоприятные в общении, но живые и охраняемые. Да и стоящий пистолет так просто не купишь. Дорого. А длительного эффекта таким убийством все равно не достигнешь. Сегодня каждый день столько политиков убивают, что одним больше-меньше - даже на начало мировой войны не потянет. И убитого и убийцу широкая общественность забудет еще до похорон. Короче, ситуация складывалась безвыходная. У кого хочешь руки опустятся. И про самоубийства, как средства достижения хоть сколько-нибудь продолжительной славы тоже говорить не приходится. Тем более, Хведоров знал точно, от этого стали теперь лечить на полном серьезе. А потом, самоубийство в лучшем случае обрадует его врагов, к сожалению, более чем немногочисленных. Так что немало воды утекло, а потом и водки, пока до него не дошло, что единственный путь в современном мире не только к славе, но и к простой известности, это телевидение. Его никакая пресса, никакие убийства, никакие вернисажи, никакие рукотворные памятники не заменят. Если "картинки" нет на ТВ, то считай, нет этого и в жизни, хоть ты лопни. Хоть ты тресни. Хоть ты что хочешь! Эфир - всему голова! Поняв это, Хведоров стал ходить на телевидение, как на службу, правда, в свободное от непрестижной работы время. Обычно прорывался лишь до проходной. На телевидении проходная хуже чем на каком-нибудь оборонном заводе, куда проникают за военной тайной. Лично Хведорова пропускали лишь тогда, когда не хватало для какой-то передачи массовки, чтобы сидеть под софитами в последнем ряду и хлопать в ладоши по команде. И Хведоров сидел и хлопал. И только за взятки операторам (в долларах-евро) иногда переходил хлопать на первые ряды. Но он - не дурак. Он сообразил, что массовка на то и массовка, чтобы еще больше славы доставалось звездам фигурам переднего плана. А те, которые на первом плане, если внимательно к ним присмотреться, особенно в упор со спины - фигуры очень малоприятные. Лицом к лицу с такими лучше не встречаться. Лица не увидать. Сплошные дураки, в довершение ко всему. Посмотрел на них Хведоров в упор год другой и в конце-концов начал пить по-взрослому. А что еще остается делать, если цель жизни недостижима в трезвом виде. А вот в пьяном виде - совсем другое дело. Вид совсем другой. (с) 2009, А.Соловьев