ДВЕ ПОЛОВИНКИ ОДНОГО ЮМОРА (теоретическое обобщение) Чувство юмора отличает нас от всех прочих. А поскольку, как теперь стало очевидно, юмор бывает у человека разной высоты, то цивилизация безжалостно разделила людей, не взирая на расу, национальность и языковую принадлежность, на тех, кто обладает чувством юмора ниже пояса и тех, кто обладает чувством юмора выше этого уровня. Ясно, что ключевую роль в определении линии пояса играют живот реального голого человека и животный смех последнего. При этом грудь, особенно женская, осталась спорной территорией юмора, вынесенной за скобки обсуждения. Окончательное решение ее судьбы отложено по настоянию мужчин до лучших исторических времен. Людей, рассортированных поперек живота, можно внешне различать даже не раздевая. Но лучше не надо. Большая половина из них обидится. И очень сильно обидится. А что "все вы на одно лицо" обидит еще сильнее, и сразу всех. Так что надо быть поосторожнее. Но все-таки... У тех, у кого юмор ниже пояса, у тех там ничего кроме него и нет. Снизу, просто на удивление, у них там один только юмор, и все. А сверху они могут выглядеть очень даже импозантно. И прическа, и макияж, и парфюм. И верхняя одежда... Женщинам с юмором всегда сложнее, но и им при желании можно эффектно выкрутиться в куртуазной манере, адресно реагируя на низменные культурные запросы окружающих. Те же, кто надеется на ценности, находящиеся выше пояса, вроде интеллекта и эрудиции, обычно считают, что эти штуки не требует особых украшений, ибо красивы сами по себе. Даже у лысых из себя людей. Поэтому ниже пояса у идеалистов может быть что угодно, например, мятые брюки, юбки и стоптанная обувь, а вот выше пояса только приличные очки на цепочке. Но внешне, как уже говорилось, различать неодетых по форме юмористов сложно, почти невозможно. Из-за пробелов в теории конвергенции одного юмора в другой, одной формы одежды в содержание чужих нейронов и обратно. У одних сверху просматривается острый интеллект, а у других снизу тяжеловесный юмор. Но даже при этом они дополняют друг друга, как инь и янь. И они это знают. Вот и ходят по разным тусовкам, обменивая интеллект на юмор и наоборот. Бывает и подло обманывают друг друга при обмене, поскольку за мыслью трудно уследить, а за "ниже пояса" следить неловко. И этикет. Юмор ниже пояса в общечеловеческой культуре долгое время преобладал. Потом человек встал на задние лапы, задумался о высоком и даже очень - о духовном, появилось понятие греха и понятие небезгрешного разума. Это резко добавило юмора сразу и выше, и ниже пояса. То что было бытовухой, стало юморным и даже художественным. Cильно продвинуло культурное человеческое общение. Появилось нечто нематериальное, чем простые и очень непростые люди могли обмениваться. На Земном шаре началась бурная светская жизнь и всевозможное Возрождение. Повсюду заиграла музыка. Как высшие проявления двух половинок юморного, появились абстрактные анекдоты и конкретный, выверенный до математических зависимостей, флирт. Потом появился телевизор. Человека начали одновременно развлекать, грузить, и агитировать. Человек, запутавшийся было в своем сугубо личном сексе, запутался теперь еще и в необъятных сетях общечеловеческой эрудиции со всеми ее идиомами и аллюзиями. Встал человек, можно сказать, на уши. Поэтому "верх" и "низ" приняли относительный вид. Такой, как и из космоса. Как видится с тех же тарелок, которые верха и низа принципиально не имеют. Тарелочники вообще оказались ребятами перпендикулярной ориентации. Поэтому с юмором у них свои проблемы, какие нам и не снились. (с) 2006, А.Соловьев