БРЕМЯ СЛАВЫ
А на утро Сидоров проснулся знаменитым.
И сразу это почувствовал. Слез с кровати, и готово. А
на улице почувствовал еще больше. Вышел, и слава, мягко
выражаяcь, на него обрушилась. Мальчишки показывали на него
пальцем и забегали вперед, чтобы заглянуть в лицо. И
что-нибудь на нем потрогать, вроде болтавшейся пуговицы или
носа. А дотронувшись кричали: "Сидоров! Сидоров!" и "Ура!".
И подпрыгивали. Соседи из близлежащих дворов тоже проходу не
давали, приходили здороваться. Даже кланялись. Некоторые
приходили целыми семьями, вместе с любимыми кошками и
морскими свинками, чтобы и те увидели самого Сидорова.
Даже одного богатого Родригеса из Латинской Америки,
застрявшего в России из-за нелетной погоды, привозили прямо
из зала ожидания аэропорта взглянуть на Сидорова, раз уж
появилась такая возможность. После чего турист перестал
сердиться на погоду над Атлантикой и терпеливо просидел в
аэропорту еще неделю, непрерывно вспоминая увиденного им
Сидорова и счастливо улыбаясь.
А сам Сидоров все это время пожинал другие плоды
популярности, поскольку бывать ему приходилось не только на
улице, а еще кое-где. Стоило, например, зайти в магазин, как
с какой-нибудь продавщицей обязательно случался обморок от
счастья. Просто так, "Ах!" и плавно на пол... Сидоров к
этому даже не прилагал дополнительных усилий. Более того, он
сразу пытался всех предупредить, чтобы не падали. Да куда
там!..
В учреждениях, даже самых приличных, тоже не обходилось
без казусов. Вместо решения вопросов, чиновники угощали его
кофе с коньяком и напропалую фотографировали на фоне своих
фирменных логотипов, знамен, толстых подарочных авторучек и
своих тонких, в смысле широты вкуса, любовниц. Некоторые
продвинутые топ-менеджеры Сидорова для этого дополнительно
подгримировывали. И по окончанию фото-сессии дарили
календарики на память.
Баню, например, вообще пришлось напрочь забросить по
аналогичным причинам. Даже в парилке нельзя было остаться
наедине с собой из-за безвылазно засевших там папарацци. А
также из-за кинохроники, которая норовила не упустить ни
одного драгоценного кадра из жизни Сидорова. А тем временем
в предбаннике фанаты разворовывали одежду на сувениры. Часто
это были совсем чужие фанаты. Просто прорывались в порядке
живой очереди. А без одежды куда денешься, особенно если ты
знаменитость, а дело зимой? Хотя до зимы время еще не дошло.
И вопрос до поры стоит как чисто теоретический.
А какая популярность может быть без автографов!?
Назовите хоть одну выдающуюся личность, не оставившую
автографов. Разве что Шекспир не оставил, только если бы ему
да популярность Сидорова, тогда бы мы еще на Шекспира
посмотрели. Отсюда вывод: автографы надо после себя
обязательно оставить. Поэтому Сидоров раздавал их
безжалостно по отношению к себе и окружающим. Пока не
перевыполнит дневную норму на 50%, даже не покурит, даже
пива не выпьет, по нужде не сбегает.
Но автографы легче ставить на собственную книгу. А не
просто на бумажку. Поэтому Сидоров срочно написал книгу о
себе. Правда, за отсутствием свободного времени, очень-очень
тоненькую. На пол-страницы или чуть больше. И крупным
шрифтом. "Автобиография. От рождения до наших дней". Но
зато в твердом разноцветном переплете. С мягкой страницей
для автографа и красивой закладкой.
Чем популярнее личность, масштаба, скажем, того же
Сидорова, тем больше про нее ходит слухов. Если слухов нет,
то необходимо удвоенное количество опровержений упорно
отсутствующих слухов, и тогда они будут. Впрочем, медлить
смысла нет, надо сразу начинать с опровержений. Слухи
последуют, как после слабительного.
Только один дурной вопрос: чем, собственно, знаменит
Сидоров, что он так выпендривается? Никто не знает ответа и
не интересуется! Сам Сидоров тем более не знает. Но не
возражает. Важен сам факт. Поэтому надо соответствовать. А
это большое бремя, как говорят знающие люди!
(с) 2006, А.Соловьев