АНДЕГРАУНД
Вы знаете, дома сейчас строят такие, что ниже первого этажа
часто просто ничего нет. Вот раньше такого не было. А теперь даже
элементарных подполий нет. Особенно для жильцов верхних этажей в
этом плане сегодня совсем ничего не светит.
А те подвалы, которые в наши дни строители оставляют после
себя вместе с мусором, так те из-за канализаций, теплотрасс и
прочей требухи совершенно непригодны для любого хорошего дела,
производимого на их основе или рядом в это неспокойное время.
Поэтому, когда в новый дом вселились подпольщики cо стажем
год за два и клинической клаустофобией - их ждало полное
разочарование. Где жить им теперь было, но, где бороться - им
теперь не было... И в домоуправлении на этот счет ничего
конкретного как всегда не обещали. Погоревали подпольщики, попели
тихим хором свои подпольные песни и решили обустраиваться на
чердаке. Это, конечно, совсем другая романтика. Подполью чердак и
в подметки не годится. В контексте, ошивающемся около чердака
есть что-то унизительное, несмотря на то, что не все могут и
добраться на такую верхотуру со своими артритом и дистрофией. Но
выбора сегодня нет. Не говоря уже о том, что чердак значительно
выигрывает перед подпольем с точки зрения ревматизма и дуновений
свежего воздуха, содержащего природный кислород...
Подпольщики сами оборудовали все как положено, добросовестно
сверяясь с книгой Аркадия Гайдара "Тимур и его команда", где
описан штаб... А на доме повесили мемориальную табличку для
соратников-склеротиков и людей просто интересующихся историей. "В
этом доме подполье на чердаке. Ключ у дворника. Помни, товарищ,
посторонним вход воспрещен!"... Но этим не ограничились.
Поставили дополнительно мелом крестик на стене, чтобы дом не
спутать с такими же, как две капли, но без штаба на чердаке. А то
один подпольщик сходу спутал крыши, тем самым оказавшись вдали от
борьбы и его отвезли лечиться в очень плохую больницу...
Но жизнь не стоит на месте, а врывается во всякое место,
даже если оно на крыше... Все дело испортил андеграунд, который
тоже означает подполье, но нерусское...
Художники из нерусского андеграунда и в худшие времена
вместо подполья забирались на чердаки, где, набрав бутылок и
консервированной кильки, устраивали себе травиату, а также другие
оргии в меру художественной фантазии и политического несогласия.
Для них, вообще, подполье никогда не было погребом. Штаб они
сразу бесплатно разрисовали авангардными непристойностями с
откровенно андеграундным содержанием...
Композиторам-подпольщикам тоже было почти все равно, что
подвал, что чердак. Что диез, что до-мажор. Что русская народная,
что Кобзон с военным оркестром. Большинство сочиняло музыку без
нот, записывая анедграундными словами. С теми же из них, кто знал
ноты, было еще хуже. Им надо было обязательно затащить чужой
рояль на свой чердак... В результате в штабе оказалось два чужих
белых рояля, что снижало накал борьбы.
А уж о поэтах и говорить не приходится. Тем испокон веку
нужна подпольная типография. И побольше. Им лишь бы на халяву
напечататься, а где - их не волнует. Хоть на Луне.
В результате новые прокламации увидели свет на чердаке. Они
вместо призывов содержали смелые рифмы, положенные на музыку без
мелодии. Петь в строю их было невозможно. Поверх все напечатанное
было еще и разрисовано красками... Но этого оказалось мало.
Местные власти ввели налог на подпольную деятельность...
Сами элементарными подпольями людей не обеспечили... А как налог
- тут они первые, пожалуйста! У альтруистов подполья сразу
приключился логически оправданный массовый инфаркт. А у более
хозяйственных подпольщиков, начались перебои с картошкой.
Морковь стала гнить. Соленые огурцы поисчезали.
На этом подполье кончилось. Крыша стала протекать и поехала.
---
(с) 1998, А. Соловьев